моя, милая матушка
[Приступила] к пению ответной песни:
«Волосики твоей…………………………………
Сделаю [……………золотыми] и сказала она
«Не подвергайся нападению со стороны злого духа и…!
Шествуй [взлети], дитя мое!
Волосики твоей груди
Я сделаю отделанным золотом!» сказала она.
«Увечьям и страданьям не подвергайся!
Отправляйся, взлети, дитя мое!
Волосики твоей груди
Сделаю сплошь золотыми!», сказала она.
«С [напастями] и злыми духами не встречайся, дитя мое!
Волосы на твоей [голове я сделаю] рассыпным золотом!», сказала она.
«Когда ты [[в страхе]] достигнешь
[[благодетельного]] и [прекрасного] властителя, зачем огорчаться под тесовой телегой?
К имеющему…………руки отправишься ты в смятении, дитя мое!
Свои ладони………………………………………………
Пропуск одного листа.
«Буду питать с аил (?)!
Сделаю……………и золотым с корзину (?)!».
Во время своего взлета
Матери своей, милой матушке
Так спел он:
«Горные травы начинают становиться лужайкой,
братья начинают отправляться.
Отправлюсь я на свою родину, где проживаю,
чтобы быть там!»».
4.2. Предание «Татарская лопатка»
Опубликовано: Миргалеев И. М. Предание «Татарская лопатка» // Золотоордынская цивилизация. — 2014. — №. 7. — С. 18–20.
Предание сохранилось в семье древнего татарского рода Агишевых. И. М. Миргалееву оно было передано их представителем Равилем Агишем, который живет в Турции. Равиль Агишь рассказал, что это предание с незапамятных времен передавалось в их роду. Татарский баскак, сборщик ясака сидел в повозке на троне, а русский князь со своими вельможами стоял перед ним. После объявления о том, что от имени хана будет собираться ясак, за какой год и его сумма; сборщики налога, не слезая с телеги «арба», протягивали большую специальную «лопату», на которую русские сыпали монеты. Сборщики ясака, не дотрагиваясь до монет, опустошали содержимое «лопаты» в сундук, который находился в специальной телеге.
Предание имеет отношение не только к начальному периоду Казанского ханства, когда к казанским ханам перешла часть так называемого ордынского выхода (да и в дальнейшем до конца своего существования, Казанское ханство продолжало получать харадж, хотя и завуалированный московскими великими князьями под название «поминки»).
Перевод
«Среди наших прадедов было распространено предание, дошедшее до наших дней и сохранившееся еще со времен Казанского ханства. В давние времена ханство собирало подать с Великого Московского княжества и русского населения. А так как русские были неверными и тела их считались нечистыми, то и ясак — налог с них собирали с помощью лопат. Для того, чтобы очистить собранные от налога деньги, их даже мыли. По этой причине в русском языке сохранилось выражение «татарская лопатка».
Перевел с татарского Ильнур Миргалеев
Приложение 5. Письма, ярлыки, грамоты и документы, связанные с историей Золотой Орды и её наследием
5.1. Ярлыки татарских ханов митрополитам Киевскими всея Руси
Предисловие, источник и обзор цитируются по изданию: Ярлыки татарских ханов московским митрополитам: Краткое собрание // Памятники русского права. Вып. III / Под ред. Л. В. Черепнина. — М., 1955. — С. 463–491.
1. [1379 г.] ЯРЛЫК ТЮЛЯКА, ВЫДАННЫЙ МИТРОПОЛИТУ МИХАИЛУ
Бесмертного бога силою и величьством из дед и прадед. Тюляково слово Мамаевою дядиною мыслию, татарьскым улусным и ратным князем, и волостным самым дорогам, и князем, писцем, таможником побережником и мимохожим послом и соколником и пардусником и бураложником и заставщиком и лодеищиком или кто на каково дело, ни поидеть многим людем и ко всем.
Пред Чингиз царь, а опосле того цари Азиз и Бердебек, и за тех молились молебникы и весь чин поповьскыи; ино какова дань ни будеть или коя пошлина, — ино тем того ни видети не надобе, чтобы во упокой бога молили и молитву въздавали. Да не ли иное что, кто ни будеть, вси отведав ярлыки подавали. И нынечя паки пръвых ярлыков не изыначив, одумав, и мы по тому же сего Михаила митрополита пожаловали есмы. И как сед в Володимери, богу молиться за нас и за племя наше в род и род и молитву въздаеть. Тако есмы възмолвили: ино никакова дань, ни которая пошлина, ни подвода, ни корм, ни питье, ни запрос, ни даров не дадуть, ни почестья, не въздають никакова. Или что церковный домы, воды, земли, огороди, винограды, мелници, — и в то ся у них не въступаеть никто, ни насильства не творять им никакова. А кто что будеть взял или что вземлеть, и он отдасть назад. А в церковных домех кто ни будеть, чтобы не ставились, ни рушили их. А кто ся иметь в церковных домех ставити или рушити их, — и те люди в гресех будуть да умруть смертию.
А ты, Михаиле митрополит, възмолвишь, что тако есми пожалован, да тем домом церковным или землям или водам и в огородех и в виноградех или над людми церковными, что чрез пошлину учинишь, — ино то на тобе. Или учинить татьбу или ложь или иное кое злое дело, а не имешь того смотрити, — ино то и сам ведаешь, каков ответ богу вздаси. А за нас богу молитву вздаваи, занеже ты преже, а мы о том ничего же не млъвим.
Тако рекши, на утвержение с алою тамгою ярлыки дали есмы овечья лета дарыка семьсот осмое летъ сылгата месяца в десятый нова. На Веколузе на речном орда кочевала. Написано.
2. [1347 г. сентября 26] ЯРЛЫК ТАЙДУЛЫ РУССКИМ КНЯЗЬЯМ
Таидулино слово к таиде. Всь Иоан митрополит за нас молебник молиться от пръвых добрых времен и доселе такоже молебник. Не надобе им мзда, ни какая пошлина ни емлют у них ничего, занеже о нас молитву творять. И что есмы млъвили, то бы есте вси ведали. Или что в городех какие пошлины или какые дела или сила будеть им, а тобе скажють, и ты слово их выслушай да по истине дело их управи. Или пакы от кого пред самеми на попы и на их люди слово приидеть и ты бы им силы не чинил никакие, упокоини бы были, а о нас бы молитву творили.
А вы, русскые князи, Семеном точен всеми митрополиты, как наперед сего кои дела делали, а нынечя также делають.
Молвя о нишенем грамоту дали есмы. Свиного лета осмаго месяца в 5-и ветха. На Желтой Трости орда кочевала. Написано.
3. [1267 г. августа 1] ЯРЛЫК МЕНГУ-ТЕМИРА
Вышняго бога силою вышняя троица волею Менгу-темерьво слово людьскым баскаком и князем и полъчным князем и к данщиком и к писцем и к мимояздящим послом и к соколником и к пардусником. Чингиз царь потом что будеть дань или корм, ать не заммають их да правым
